Фалафель

Я хожу в муниципалитет своего городка раз в месяц. Это, в общем-то нечасто. И вообще я туда не ходил бы, если бы не оплата так называемого земельного налога (на иврите – арнона). На своей бывшей родине мы об этом и не слыхивали, а вот здесь такой налог есть. Видимо, из-за того, что земля здесь уж больно дорогая – плата напрямую зависит от площади, которую твоя квартира занимает на территории города. Если бы мы попытались эту площадь измерить, у нас вряд ли что-нибудь получилось бы, но в муниципалитете все данные есть – так что никуда не денешься – гони деньгу! И мы её исправно гоним. Особенно я. Но у меня на то есть особые причины. Вот о них сегодня и речь.
Платить деньги можно либо почтовому банку (есть здесь такой – туда все, как правило, и вносят все коммунальные платежи), либо – непосредственно в кассу муниципалитета. На почте есть очень симпатичные кассирши, я туда из-за них с удовольствием хожу – полюбоваться. Но с кассиршей муниципалитета никто из них конкурировать просто не в силах. На иврите в таких случаях говорят: «хаваль аль а-зман» (трудно перевести, но попытаюсь – примерно так: «это настолько очевидно, что жаль времени что-либо объяснять»). Такие вот пироги, как говорится. Ирит (так её зовут) столь ослепительна, что постоянно на неё смотреть невозможно – надо иногда переводить взор на что-нибудь, чтобы глаза отдохнули. Мало того, что у неё удивительно красивое лицо и идеальная фигура, так она ещё носит та-ки-и-и-е декольте, что опять-таки хаваль аль а-зман: совершенной формы и размеров груди предстают пред нашими очами столь соблазнительными, что вся очередь плательщиков больше никуда не в силах смотреть.
Ирит об этом, разумеется, прекрасно знает, иначе она не стала бы нам всё это демонстрировать. С кем-то другим некоторые посетители, может быть, иногда бы и поругались – причин для этого хоть отбавляй, но с Ирит все только любезничают, даже язык не поворачивается вести себя иначе. Стены её кассы увешаны фотографиями её маленького сынишки в возрасте 3-4-х лет, фотокарточками её самой в виде открыток какой-нибудь голливудской кинодивы. Лично я всегда ими пользуюсь для высказывания Ирит комплиментов. Не знаю, помнит ли она их, но выслушивает с удовольствием, а в качестве подарка – лучезарная улыбка и колышащееся слегка перед моими глазами ослепительное «богатство».
«Как бы к ней подступиться?» — думаю всякий раз я, приходя в кассу муниципалитета. И не нахожу ни нужной формы, ни нужного содержания, ни нужных в таких случаях слов. Однажды после платежа я не ушёл, как обычно, а встал сбоку от кассы, чтобы иметь возможность перекинуться с Ирит парой слов в перерыве между клиентами.
— Ирит!
— Что, адони («мой господин» — обычная форма обращения к мужчине)?
— Ты сегодня до которого часу работаешь?
— Муж забирает меня на машине в половине седьмого, — глаза Ирит смеялись.
— А арухат-цоhораим (что-то вроде ланча в обеденный перерыв) когда?
— В двенадцать. А что?
— Ты куда перекусывать ходишь?
— В фалафельную (фалафель – израильское национальное блюдо из бобовых; наряду с хумусом является любимой едой израильтян) – здесь, напротив.
— Я буду там в двенадцать.
— Зачем?
— Тоже люблю фалафель.
— Дело твоё!..
К её приходу фалафель, зелень и закуски стояли на столе. Ирис хотела было сесть за другой столик, но я её опередил и пригласил присоединиться ко мне.
— Что ты выдумываешь? Зачем ты это всё устроил?..
— Ты мне аппетит поднимаешь. Хочешь порадовать своего постоянного клиента?..
Ирит пожала плечиками, и её грудки ей аппетитно подыграли. Я был в восторге. На следующий день всё повторилось: я не предупреждал Ирит, но к её приходу стол был накрыт. Так день за днём мы перекусывали вдвоём. Работники фалафельной даже привыкли. Вначале платил за обед я, а потом Ирит потребовала платить по очереди. Я не возражал, чтобы не вызывать подозрений. Тем не менее, я вёл подготовку к решительному «штурму»: договорился с приятелем, у которого рядом была квартира, чтобы он мне её уступил часика на полтора. «Друг всегда уступить готов…» — так, кажется?
Недели через две Ирит, придя, как обычно, в обеденный перерыв в фалафельную, обнаружила, что фалафель стоит на столе не уложенный на тарелки, а находится в контейнерах (пластмассовые коробочки для переноса готовой пищи).
— Ма корэ (что происходит)?..
— Ирит, всё, как обычно – всё, что ты любишь. Но давай съедим это не здесь. Я тебя приглашаю послушать хорошую израильскую музыку. Идёт?..
Она не сразу ответила и посмотрела на меня как-то странно – с подозрением, что ли. И для этого были все основания, как вы потом убедитесь. Но мне всё-таки удалось её уговорить.
Мы вошли в квартиру моего приятеля, и я сразу включил заранее подготовленный диск. Выложил на тарелки принесённую еду и поставил на стол бутылочку сухого красного вина.
— В честь чего торжество? – спросила Ирит.
— Ни в честь чего! Просто так.
— Думаешь, я – дура?
Я покраснел.
— Я давно всё поняла. Ты – просто нахал: за проститутку меня принимаешь?
Я сидел красный, как рак.
— Вам, мужикам, всегда одно на уме. Послушай меня. Раз уж всё так, то я тебе скажу, что и у меня в данной ситуации есть свой интерес. Ты видел фотографии моего сына? Он у меня один-единственный. Хотя мы с мужем очень стараемся, сестричку ему никак сделать не можем – не получается почему-то. Или братишку – какая разница? Не знаю, кто виноват. Я проверялась – всё, вроде бы в порядке. А муж не хочет: тебе, говорит, мало, что я тебя… чуть ли не каждый день? Он вообще такой у меня со дня свадьбы. Даже надоело. Так что не надейся, у меня в ЭТОМ потребности никакой нет, даже наоборот. А вот ребёночек нужен. Понял меня?..
Я ничего не ответил. Просто встал со своего стула и отнёс Ирит на руках в заранее приготовленную свежую постель. Особенно мне хотелось снять с неё лифчик. Грудки не обманули моих ожиданий – сплошной восторг! А вот писька оказалась такой обросшей волосами, что я с трудом нащупал клитор и дырочку. Пришлось лизать их в «антисанитарных условиях». Зато, когда Ирит была «готова», и я почувствовал на языке её живительную влагу, я был вознаграждён сполна. Правда, члену моему было в письке Ирит несколько, я бы сказал, просторно. Тем не менее, она в нужный момент кончила, и я быстрыми движениями привёл и себя в состояние оргазма. Почувствовав, что сперма уже внутри, Ирит хотела было встать, но я её убедил не торопиться, чтобы сперма получше всосалась. Пока мы лежали в соединённом состоянии, Ирит заявила мне, что следующий раз не раньше, чем через неделю:
— Я где-то читала, что когда делают ЭТО каждый день, рождаются мальчики. И с моим сыном всё было именно так – я же говорила тебе, какой нетерпеливый у меня муж: «давай и всё!». А я хочу девочку. Так что раз в неделю. Понял? И не дольше месяца. Не могу я терпеть вас двоих!..
На том и порешили. Через месяц наши встречи прекратились. То есть, в ЭТОМ смысле. А в остальном всё продолжается – хожу в муниципалитет платить, любуюсь, как всегда, царственным бюстом Ирит и вспоминаю, что у нас с ней было. А вот беременной я её так и не видел. Видимо, дело всё-таки не в муже…

Запись опубликована в рубрике Эротические рассказы: Измены. Добавьте в закладки постоянную ссылку.